×
Array
(
    [ID] => 69
    [~ID] => 69
    [NAME] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014
    [~NAME] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014
    [IBLOCK_ID] => 1
    [~IBLOCK_ID] => 1
    [IBLOCK_SECTION_ID] => 3
    [~IBLOCK_SECTION_ID] => 3
    [DETAIL_TEXT] => 

Мне всегда казалось, что изобретать новую кисточку – это всё равно что изобретать велосипед: всё уже сказано, и ничего нового быть не может. Не поленитесь – зайдите в интернет, посмотрите предложения
фабрики художественных кистей Roubloff, и вы поймёте меня. Такое разнообразие кистей и запомнить-то трудно! Что ещё можно добавить?! И тем не менее…

Сергей Горбачёв, Заслуженный художник России, г. Киров

История эта началась несколько лет тому назад. Директор фабрики Roubloff приносил мне на испытание различные образцы кистей. Задача была такая: подвергнуть кисти всевозможным «истязаниям» и честно написать, что плохого или хорошего было выявлено. Испытывать кисти оказалось интересно, описывать результат – не очень. В общем, работа как работа.
Основной задачей для меня было поставить точку в вопросе о том, что лучше – синтетика или натуральный волос. Вопрос этот для производителя далеко не праздный. Натурального сырья становится всё меньше, и кисти из него становятся всё дороже. Дорогих кистей много не продашь, обороты падают, а терять деньги никому не хочется. Но снабжать художников некачественным инструментом ещё больше не хочется: потеря репутации, как известно, обходится много дороже. Фабрика искала выход, создавая, кроме кистей из натурального волоса, кисти из разной по своим свойствам синтетики и из различных комбинаций самого разнообразного сырья.

В ту пору я был предвзятым сторонником натурального волоса и факта этого не скрывал. У каждой кисти, которую я получал для испытаний, был свой состав волоса, мне, естественно, не известный – и хотя современную синтетику отличить от натурального материала на глаз не всегда возможно, для чистоты эксперимента все кисточки мне приносили без маркировки, под номерами.

Результат получался вполне предсказуемый. Синтетика дешевле и прочнее. Но натуральный волос послушнее и, самое главное, удерживает больше краски. Оттого мазок получается длиннее, сочнее и выразительнее. Впоследствии были
изготовлены кисти из синтетики с исключительно хорошей управляемостью мазка, но вот их ёмкость всё равно уступала кистям из натурального волоса. Объясняется это очень просто. Синтетический волос круглый в сечении и имеет абсолютно гладкую поверхность. Натуральный волос имеет чешуйчатую структуру – а значит, и большую площадь поверхности. При одинаковой длине волоса синтетика просто не может удержать столько же краски, сколько натуральный волос.

Смесь синтетики и натурального волоса давала промежуточный результат. Прочность и долговечность напрямую зависели от количества синтетики в общем объёме кисти, а красочная ёмкость – от количества натурального волоса. Кисти получались хорошие – этакий компромисс лучших качеств и недостатков. Но хотелось большего.

Для идеального совмещения прочности синтетики и ёмкости натурального волоса арифметическая середина явно не годилась. Нужно было увеличить либо прочность натурального волоса, либо ёмкость синтетического.

Известно, что натуральный волос приобретает дополнительную прочность после обработки хной или басмой. Тысячи лет все модницы используют эти естественные красители, чтобы укрепить свои волосы. Мне, конечно, с модницами не сравниться – но интересный личный опыт был и у меня. Как-то раз, давным-давно, попросила жена кисть, любую, для размешивания хны, и получила новую белую щетинную кисть 24-го номера. Честно сказать, я не желал отвлекаться от
работы, и кисть была первой, что попалась мне под руку. Вскоре я получил кисть обратно. Она была ярко-рыжего цвета, а в остальном, как говорится, «в целости и сохранности». Я, не глядя, сунул кисть на прежнее место, продолжил работу
и, скорее всего, забыл бы про этот житейский момент, но только эта ярко-рыжая кисточка побила все рекорды долгожительства.

Казалось бы – вот оно, решение! Увы, стоимость хны такая высокая, что кисточки получатся неоправданно дорогие. Как увеличить ёмкость синтетической кисти, мне было совершенно непонятно, но я высказал своё пожелание директору фабрики.
К своему удивлению, ровно через неделю в партии новых «подопытных» кистей я получил два совершенно неожиданных «сюрприза». Обе кисточки даже на вид были явно синтетические. Одна ярко-белая, другая из обычной рыжей синтетики, но обе они имели ёмкость краски, превосходящую ёмкость кистей из натурального волоса. Я не мог поверить себе, но факт
оставался фактом. Белая кисть немного, но превосходила по ёмкости кисть из натурального волоса, а рыжая кисть превосходила значительно!

Явно довольный своей продукцией и моей восторженной реакцией, директор фабрики Roubloff раскрыл мне секрет той и другой кисти.

Волос белой кисточки был продуктом новейших технологий. Он в сечении представлял звёздочку, что значительно увеличивало общую площадь волоса и, как следствие, ёмкость всей кисти. Вот, правда, цена такой кисти из-за дорогого импортного сырья опять получалась слишком высокой. Зато цена кисти из рыжей синтетики была обычная, и сырьё обычное. Необычной оказалась сама конструкция кисти (рис. 1), где длинный и короткий волос постепенно чередовались. У кисточки получился специфический подшёрсток. Короткие волоски позволяли получить между длинными волосками дополнительное пространство, заполняемое краской. Внешне это была совершенно обычная кисть, но красочная ёмкость такой кисти намного превосходила ёмкость любой другой кисти вне зависимости от состава волоса. Более того, эта же конструкция позволяла обеспечить собираемость волоса в точку лучше, чем у кисти из натуральной белки! Очень важное качество, особенно для акварельных кистей.

Простое и изящное решение сложной проблемы позволило совместить в одной кисти и прочность, и красочную ёмкость, и пластичность, и управляемость, и сочность мазка… Конечно, изготовить такую кисть сложнее, но цена кисти существенно не увеличилась. Это была настоящая победа – но не конец истории, продолжение которой, что удивительно, я не знал.

Фабрика Roubloff конструкцию кисти запатентовала и перед выпуском в массовое производство ещё немного улучшила. Теперь она выпускает такие кисти из смесового волоса, где синтетика идёт на основной волос, а натуральное сырьё – на короткий (рис. 2). Конструкция кисти практически исключает контакт «подшёрстка» с изобразительной поверхностью, поэтому износостойкость кисти определяется качеством синтетики, то есть она очень высокая. Наличие в кисти натурального волоса ещё больше (хотя куда уж больше?!) увеличивает красочную ёмкость. Получилась долгожданная «золотая середина», которую сразу почувствовали художники. На вид красивая, но вполне обычная смесовая кисть: рыжая синтетика вперемешку с тёмной натуральной добавкой. Пока в работе не попробуешь, никогда не догадаешься, какой конструктивный сюрприз тебя ожидает. Вот я и не догадывался.

Следуя так и не изжитому стереотипу, я выбирал себе для работы натуральные кисти и с удивлением отмечал, что и студенты, и коллеги с необъяснимой для меня настойчивостью всё чаще выбирают смесовую новинку. А тут ещё и Александр Стасюк (рис. 3), заслуженный художник России, профессор, заведующий кафедрой проектирования интерьера МГХПА им. С.Г. Строганова, член Союза художников России, мастер акварели, мнению которого я абсолютно доверяю, сказал, что такая кисть ему нравится больше.
– Да чем же она тебе так нравится?! – спрашиваю.
– Даже не знаю, чем, – отвечает.
– Ну, вот нравится, и всё тут!
Смесовые кисти я ещё раньше в работе пробовал и для себя отверг, но Александр, в моём понимании, ошибаться в качестве инструмента не мог. Нет бы мне опробовать кисть в работе, но я приступил с расспросами к директору фабрики Roubloff. А это, скажу я вам, мой извечный оппонент, спорщик, генератор идей, просто хороший человек и директор фабрики Roubloff по совместительству.
– Что Вы, – говорю, – кисти эти мёдом, что ли, мажете? Чего их все выбирают?
– Так ведь ты же сам их нахваливал, а теперь удивляешься.
– Как это нахваливал, когда?!
– Да ведь это же та самая кисть! Неужели не узнал?
А я и впрямь не узнал. Как тут узнаешь?
– Вы бы хоть маркировку какую особую поставили, – говорю, – а то не понятно.
– А Вы, Сергей Юрьевич, если бы поработали новой кистью, то и без маркировки всё сами поняли.
Мне и возразить нечего. Вот тебе и эксперт! Даже неловко. Нелегко в стереотипах признаваться, а приходится. Тут я слышу:
– Вообще-то про новую кисть и правда мало кто знает. Может, напишете и про кисть, и про патент?
– Напишу, – пообещал я.
Вот, написал. Но маркировочка всё равно нужна!

P.S. Вопрос о том, какая же кисточка лучше: синтетическая или натуральная – так и остался открытым. Ведь сколько художников, столько и мнений. Каждый выбирает инструмент под себя, и это правильно. Но, может, для того, чтобы находить новое в привычных вещах, чтобы улучшать то, что, казалось бы, улучшить уже невозможно – стоит задавать себе вопросы, на которые нет и не может быть ответа?





[~DETAIL_TEXT] =>

Мне всегда казалось, что изобретать новую кисточку – это всё равно что изобретать велосипед: всё уже сказано, и ничего нового быть не может. Не поленитесь – зайдите в интернет, посмотрите предложения
фабрики художественных кистей Roubloff, и вы поймёте меня. Такое разнообразие кистей и запомнить-то трудно! Что ещё можно добавить?! И тем не менее…

Сергей Горбачёв, Заслуженный художник России, г. Киров

История эта началась несколько лет тому назад. Директор фабрики Roubloff приносил мне на испытание различные образцы кистей. Задача была такая: подвергнуть кисти всевозможным «истязаниям» и честно написать, что плохого или хорошего было выявлено. Испытывать кисти оказалось интересно, описывать результат – не очень. В общем, работа как работа.
Основной задачей для меня было поставить точку в вопросе о том, что лучше – синтетика или натуральный волос. Вопрос этот для производителя далеко не праздный. Натурального сырья становится всё меньше, и кисти из него становятся всё дороже. Дорогих кистей много не продашь, обороты падают, а терять деньги никому не хочется. Но снабжать художников некачественным инструментом ещё больше не хочется: потеря репутации, как известно, обходится много дороже. Фабрика искала выход, создавая, кроме кистей из натурального волоса, кисти из разной по своим свойствам синтетики и из различных комбинаций самого разнообразного сырья.

В ту пору я был предвзятым сторонником натурального волоса и факта этого не скрывал. У каждой кисти, которую я получал для испытаний, был свой состав волоса, мне, естественно, не известный – и хотя современную синтетику отличить от натурального материала на глаз не всегда возможно, для чистоты эксперимента все кисточки мне приносили без маркировки, под номерами.

Результат получался вполне предсказуемый. Синтетика дешевле и прочнее. Но натуральный волос послушнее и, самое главное, удерживает больше краски. Оттого мазок получается длиннее, сочнее и выразительнее. Впоследствии были
изготовлены кисти из синтетики с исключительно хорошей управляемостью мазка, но вот их ёмкость всё равно уступала кистям из натурального волоса. Объясняется это очень просто. Синтетический волос круглый в сечении и имеет абсолютно гладкую поверхность. Натуральный волос имеет чешуйчатую структуру – а значит, и большую площадь поверхности. При одинаковой длине волоса синтетика просто не может удержать столько же краски, сколько натуральный волос.

Смесь синтетики и натурального волоса давала промежуточный результат. Прочность и долговечность напрямую зависели от количества синтетики в общем объёме кисти, а красочная ёмкость – от количества натурального волоса. Кисти получались хорошие – этакий компромисс лучших качеств и недостатков. Но хотелось большего.

Для идеального совмещения прочности синтетики и ёмкости натурального волоса арифметическая середина явно не годилась. Нужно было увеличить либо прочность натурального волоса, либо ёмкость синтетического.

Известно, что натуральный волос приобретает дополнительную прочность после обработки хной или басмой. Тысячи лет все модницы используют эти естественные красители, чтобы укрепить свои волосы. Мне, конечно, с модницами не сравниться – но интересный личный опыт был и у меня. Как-то раз, давным-давно, попросила жена кисть, любую, для размешивания хны, и получила новую белую щетинную кисть 24-го номера. Честно сказать, я не желал отвлекаться от
работы, и кисть была первой, что попалась мне под руку. Вскоре я получил кисть обратно. Она была ярко-рыжего цвета, а в остальном, как говорится, «в целости и сохранности». Я, не глядя, сунул кисть на прежнее место, продолжил работу
и, скорее всего, забыл бы про этот житейский момент, но только эта ярко-рыжая кисточка побила все рекорды долгожительства.

Казалось бы – вот оно, решение! Увы, стоимость хны такая высокая, что кисточки получатся неоправданно дорогие. Как увеличить ёмкость синтетической кисти, мне было совершенно непонятно, но я высказал своё пожелание директору фабрики.
К своему удивлению, ровно через неделю в партии новых «подопытных» кистей я получил два совершенно неожиданных «сюрприза». Обе кисточки даже на вид были явно синтетические. Одна ярко-белая, другая из обычной рыжей синтетики, но обе они имели ёмкость краски, превосходящую ёмкость кистей из натурального волоса. Я не мог поверить себе, но факт
оставался фактом. Белая кисть немного, но превосходила по ёмкости кисть из натурального волоса, а рыжая кисть превосходила значительно!

Явно довольный своей продукцией и моей восторженной реакцией, директор фабрики Roubloff раскрыл мне секрет той и другой кисти.

Волос белой кисточки был продуктом новейших технологий. Он в сечении представлял звёздочку, что значительно увеличивало общую площадь волоса и, как следствие, ёмкость всей кисти. Вот, правда, цена такой кисти из-за дорогого импортного сырья опять получалась слишком высокой. Зато цена кисти из рыжей синтетики была обычная, и сырьё обычное. Необычной оказалась сама конструкция кисти (рис. 1), где длинный и короткий волос постепенно чередовались. У кисточки получился специфический подшёрсток. Короткие волоски позволяли получить между длинными волосками дополнительное пространство, заполняемое краской. Внешне это была совершенно обычная кисть, но красочная ёмкость такой кисти намного превосходила ёмкость любой другой кисти вне зависимости от состава волоса. Более того, эта же конструкция позволяла обеспечить собираемость волоса в точку лучше, чем у кисти из натуральной белки! Очень важное качество, особенно для акварельных кистей.

Простое и изящное решение сложной проблемы позволило совместить в одной кисти и прочность, и красочную ёмкость, и пластичность, и управляемость, и сочность мазка… Конечно, изготовить такую кисть сложнее, но цена кисти существенно не увеличилась. Это была настоящая победа – но не конец истории, продолжение которой, что удивительно, я не знал.

Фабрика Roubloff конструкцию кисти запатентовала и перед выпуском в массовое производство ещё немного улучшила. Теперь она выпускает такие кисти из смесового волоса, где синтетика идёт на основной волос, а натуральное сырьё – на короткий (рис. 2). Конструкция кисти практически исключает контакт «подшёрстка» с изобразительной поверхностью, поэтому износостойкость кисти определяется качеством синтетики, то есть она очень высокая. Наличие в кисти натурального волоса ещё больше (хотя куда уж больше?!) увеличивает красочную ёмкость. Получилась долгожданная «золотая середина», которую сразу почувствовали художники. На вид красивая, но вполне обычная смесовая кисть: рыжая синтетика вперемешку с тёмной натуральной добавкой. Пока в работе не попробуешь, никогда не догадаешься, какой конструктивный сюрприз тебя ожидает. Вот я и не догадывался.

Следуя так и не изжитому стереотипу, я выбирал себе для работы натуральные кисти и с удивлением отмечал, что и студенты, и коллеги с необъяснимой для меня настойчивостью всё чаще выбирают смесовую новинку. А тут ещё и Александр Стасюк (рис. 3), заслуженный художник России, профессор, заведующий кафедрой проектирования интерьера МГХПА им. С.Г. Строганова, член Союза художников России, мастер акварели, мнению которого я абсолютно доверяю, сказал, что такая кисть ему нравится больше.
– Да чем же она тебе так нравится?! – спрашиваю.
– Даже не знаю, чем, – отвечает.
– Ну, вот нравится, и всё тут!
Смесовые кисти я ещё раньше в работе пробовал и для себя отверг, но Александр, в моём понимании, ошибаться в качестве инструмента не мог. Нет бы мне опробовать кисть в работе, но я приступил с расспросами к директору фабрики Roubloff. А это, скажу я вам, мой извечный оппонент, спорщик, генератор идей, просто хороший человек и директор фабрики Roubloff по совместительству.
– Что Вы, – говорю, – кисти эти мёдом, что ли, мажете? Чего их все выбирают?
– Так ведь ты же сам их нахваливал, а теперь удивляешься.
– Как это нахваливал, когда?!
– Да ведь это же та самая кисть! Неужели не узнал?
А я и впрямь не узнал. Как тут узнаешь?
– Вы бы хоть маркировку какую особую поставили, – говорю, – а то не понятно.
– А Вы, Сергей Юрьевич, если бы поработали новой кистью, то и без маркировки всё сами поняли.
Мне и возразить нечего. Вот тебе и эксперт! Даже неловко. Нелегко в стереотипах признаваться, а приходится. Тут я слышу:
– Вообще-то про новую кисть и правда мало кто знает. Может, напишете и про кисть, и про патент?
– Напишу, – пообещал я.
Вот, написал. Но маркировочка всё равно нужна!

P.S. Вопрос о том, какая же кисточка лучше: синтетическая или натуральная – так и остался открытым. Ведь сколько художников, столько и мнений. Каждый выбирает инструмент под себя, и это правильно. Но, может, для того, чтобы находить новое в привычных вещах, чтобы улучшать то, что, казалось бы, улучшить уже невозможно – стоит задавать себе вопросы, на которые нет и не может быть ответа?





[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => Мне всегда казалось, что изобретать новую кисточку – это всё равно что изобретать велосипед: всё уже сказано, и ничего нового быть не может. Не поленитесь – зайдите в интернет, посмотрите предложения
фабрики художественных кистей Roubloff, и вы поймёте меня. [~PREVIEW_TEXT] => Мне всегда казалось, что изобретать новую кисточку – это всё равно что изобретать велосипед: всё уже сказано, и ничего нового быть не может. Не поленитесь – зайдите в интернет, посмотрите предложения фабрики художественных кистей Roubloff, и вы поймёте меня. [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [TIMESTAMP_X] => 05.12.2019 17:44:58 [~TIMESTAMP_X] => 05.12.2019 17:44:58 [ACTIVE_FROM] => 12.05.2016 [~ACTIVE_FROM] => 12.05.2016 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => /news/izobretenie-velosipeda-ili-novoe-slovo-v-konstruktsii-kistey-zhurnal-khudozhestvennaya-shkola-5-62-2/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /news/izobretenie-velosipeda-ili-novoe-slovo-v-konstruktsii-kistey-zhurnal-khudozhestvennaya-shkola-5-62-2/ [IBLOCK_ELEMENT_ID] => 69 [~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 69 [PROPERTY_18] => 0.0000 [~PROPERTY_18] => 0.0000 [PROPERTY_100] => [~PROPERTY_100] => [PROPERTY_101] => [~PROPERTY_101] => [PROPERTY_102] => [~PROPERTY_102] => [PROPERTY_103] => [~PROPERTY_103] => [PROPERTY_104] => [~PROPERTY_104] => [PROPERTY_105] => [~PROPERTY_105] => [LANG_DIR] => /de/ [~LANG_DIR] => /de/ [CODE] => izobretenie-velosipeda-ili-novoe-slovo-v-konstruktsii-kistey-zhurnal-khudozhestvennaya-shkola-5-62-2 [~CODE] => izobretenie-velosipeda-ili-novoe-slovo-v-konstruktsii-kistey-zhurnal-khudozhestvennaya-shkola-5-62-2 [EXTERNAL_ID] => 69 [~EXTERNAL_ID] => 69 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => NEWS [~IBLOCK_CODE] => NEWS [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [LID] => de [~LID] => de [NAV_RESULT] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 12.05.2016 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( [SECTION_META_TITLE] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014 [ELEMENT_META_TITLE] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014 ) [FIELDS] => Array ( ) [PROPERTIES] => Array ( [LIKES_COUNT] => Array ( [ID] => 18 [TIMESTAMP_X] => 2019-12-05 17:42:08 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Количество лайков [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => LIKES_COUNT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => 0 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0.0000 [~DESCRIPTION] => ) [DE_ANNOUNCEMENT] => Array ( [ID] => 100 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-06 13:22:36 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Анонс DE [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => DE_ANNOUNCEMENT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) [DE_DETAIL] => Array ( [ID] => 101 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-06 13:22:37 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Детально DE [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => DE_DETAIL [DEFAULT_VALUE] => Array ( [TEXT] => [TYPE] => HTML ) [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => HTML [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [height] => 200 ) [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) [EN_ANNOUNCEMENT] => Array ( [ID] => 102 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-06 13:22:37 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Анонс EN [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => EN_ANNOUNCEMENT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) [EN_DETAIL] => Array ( [ID] => 103 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-06 13:22:37 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Детально EN [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => EN_DETAIL [DEFAULT_VALUE] => Array ( [TEXT] => [TYPE] => HTML ) [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => HTML [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [height] => 200 ) [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) [EN_NAME] => Array ( [ID] => 104 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-07 12:41:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Название EN [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => EN_NAME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) [DE_NAME] => Array ( [ID] => 105 [TIMESTAMP_X] => 2020-04-07 12:41:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Название DE [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => DE_NAME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [LIKES_COUNT] => Array ( [ID] => 18 [TIMESTAMP_X] => 2019-12-05 17:42:08 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Количество лайков [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => LIKES_COUNT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => 0 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0.0000 [~DESCRIPTION] => [DISPLAY_VALUE] => 0 ) ) [IBLOCK] => Array ( [ID] => 1 [~ID] => 1 [TIMESTAMP_X] => 21.03.2020 15:58:09 [~TIMESTAMP_X] => 21.03.2020 15:58:09 [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [LID] => de [~LID] => de [CODE] => NEWS [~CODE] => NEWS [API_CODE] => [~API_CODE] => [NAME] => Новости [~NAME] => Новости [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [SORT] => 100 [~SORT] => 100 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#ELEMENT_CODE#/ [~DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#ELEMENT_CODE#/ [SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE# [~SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE# [CANONICAL_PAGE_URL] => [~CANONICAL_PAGE_URL] => [PICTURE] => [~PICTURE] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [DESCRIPTION_TYPE] => text [~DESCRIPTION_TYPE] => text [RSS_TTL] => 24 [~RSS_TTL] => 24 [RSS_ACTIVE] => Y [~RSS_ACTIVE] => Y [RSS_FILE_ACTIVE] => N [~RSS_FILE_ACTIVE] => N [RSS_FILE_LIMIT] => [~RSS_FILE_LIMIT] => [RSS_FILE_DAYS] => [~RSS_FILE_DAYS] => [RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [~RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [XML_ID] => [~XML_ID] => [TMP_ID] => 91064aaf4959c447fd4011a52622eb0f [~TMP_ID] => 91064aaf4959c447fd4011a52622eb0f [INDEX_ELEMENT] => Y [~INDEX_ELEMENT] => Y [INDEX_SECTION] => Y [~INDEX_SECTION] => Y [WORKFLOW] => N [~WORKFLOW] => N [BIZPROC] => N [~BIZPROC] => N [SECTION_CHOOSER] => L [~SECTION_CHOOSER] => L [LIST_MODE] => [~LIST_MODE] => [RIGHTS_MODE] => S [~RIGHTS_MODE] => S [SECTION_PROPERTY] => N [~SECTION_PROPERTY] => N [PROPERTY_INDEX] => Y [~PROPERTY_INDEX] => Y [VERSION] => 2 [~VERSION] => 2 [LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [~LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [EDIT_FILE_BEFORE] => [~EDIT_FILE_BEFORE] => [EDIT_FILE_AFTER] => [~EDIT_FILE_AFTER] => [SECTIONS_NAME] => Разделы [~SECTIONS_NAME] => Разделы [SECTION_NAME] => Раздел [~SECTION_NAME] => Раздел [ELEMENTS_NAME] => Элементы [~ELEMENTS_NAME] => Элементы [ELEMENT_NAME] => Элемент [~ELEMENT_NAME] => Элемент [EXTERNAL_ID] => [~EXTERNAL_ID] => [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SERVER_NAME] => roubloff.ru [~SERVER_NAME] => roubloff.ru ) [SECTION] => Array ( [PATH] => Array ( [0] => Array ( [ID] => 3 [~ID] => 3 [CODE] => nasha-publikatsii [~CODE] => nasha-publikatsii [XML_ID] => [~XML_ID] => [EXTERNAL_ID] => [~EXTERNAL_ID] => [IBLOCK_ID] => 1 [~IBLOCK_ID] => 1 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [NAME] => Наши публикации [~NAME] => Наши публикации [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [DEPTH_LEVEL] => 1 [~DEPTH_LEVEL] => 1 [SECTION_PAGE_URL] => /news/nasha-publikatsii [~SECTION_PAGE_URL] => /news/nasha-publikatsii [IBLOCK_TYPE_ID] => content [~IBLOCK_TYPE_ID] => content [IBLOCK_CODE] => NEWS [~IBLOCK_CODE] => NEWS [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => [GLOBAL_ACTIVE] => Y [~GLOBAL_ACTIVE] => Y [IPROPERTY_VALUES] => Array ( [SECTION_META_TITLE] => Наши публикации [ELEMENT_META_TITLE] => Наши публикации ) ) ) ) [SECTION_URL] => /news/nasha-publikatsii [META_TAGS] => Array ( [TITLE] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014 [BROWSER_TITLE] => “ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014 [KEYWORDS] => [DESCRIPTION] => ) )

“ИЗОБРЕТЕНИЕ 'ВЕЛОСИПЕДА' ИЛИ НОВОЕ СЛОВО В КОНСТРУКЦИИ КИСТЕЙ?”, ЖУРНАЛ “ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ШКОЛА" №5 (62) 2014



Мне всегда казалось, что изобретать новую кисточку – это всё равно что изобретать велосипед: всё уже сказано, и ничего нового быть не может. Не поленитесь – зайдите в интернет, посмотрите предложения
фабрики художественных кистей Roubloff, и вы поймёте меня. Такое разнообразие кистей и запомнить-то трудно! Что ещё можно добавить?! И тем не менее…

Сергей Горбачёв, Заслуженный художник России, г. Киров

История эта началась несколько лет тому назад. Директор фабрики Roubloff приносил мне на испытание различные образцы кистей. Задача была такая: подвергнуть кисти всевозможным «истязаниям» и честно написать, что плохого или хорошего было выявлено. Испытывать кисти оказалось интересно, описывать результат – не очень. В общем, работа как работа.
Основной задачей для меня было поставить точку в вопросе о том, что лучше – синтетика или натуральный волос. Вопрос этот для производителя далеко не праздный. Натурального сырья становится всё меньше, и кисти из него становятся всё дороже. Дорогих кистей много не продашь, обороты падают, а терять деньги никому не хочется. Но снабжать художников некачественным инструментом ещё больше не хочется: потеря репутации, как известно, обходится много дороже. Фабрика искала выход, создавая, кроме кистей из натурального волоса, кисти из разной по своим свойствам синтетики и из различных комбинаций самого разнообразного сырья.

В ту пору я был предвзятым сторонником натурального волоса и факта этого не скрывал. У каждой кисти, которую я получал для испытаний, был свой состав волоса, мне, естественно, не известный – и хотя современную синтетику отличить от натурального материала на глаз не всегда возможно, для чистоты эксперимента все кисточки мне приносили без маркировки, под номерами.

Результат получался вполне предсказуемый. Синтетика дешевле и прочнее. Но натуральный волос послушнее и, самое главное, удерживает больше краски. Оттого мазок получается длиннее, сочнее и выразительнее. Впоследствии были
изготовлены кисти из синтетики с исключительно хорошей управляемостью мазка, но вот их ёмкость всё равно уступала кистям из натурального волоса. Объясняется это очень просто. Синтетический волос круглый в сечении и имеет абсолютно гладкую поверхность. Натуральный волос имеет чешуйчатую структуру – а значит, и большую площадь поверхности. При одинаковой длине волоса синтетика просто не может удержать столько же краски, сколько натуральный волос.

Смесь синтетики и натурального волоса давала промежуточный результат. Прочность и долговечность напрямую зависели от количества синтетики в общем объёме кисти, а красочная ёмкость – от количества натурального волоса. Кисти получались хорошие – этакий компромисс лучших качеств и недостатков. Но хотелось большего.

Для идеального совмещения прочности синтетики и ёмкости натурального волоса арифметическая середина явно не годилась. Нужно было увеличить либо прочность натурального волоса, либо ёмкость синтетического.

Известно, что натуральный волос приобретает дополнительную прочность после обработки хной или басмой. Тысячи лет все модницы используют эти естественные красители, чтобы укрепить свои волосы. Мне, конечно, с модницами не сравниться – но интересный личный опыт был и у меня. Как-то раз, давным-давно, попросила жена кисть, любую, для размешивания хны, и получила новую белую щетинную кисть 24-го номера. Честно сказать, я не желал отвлекаться от
работы, и кисть была первой, что попалась мне под руку. Вскоре я получил кисть обратно. Она была ярко-рыжего цвета, а в остальном, как говорится, «в целости и сохранности». Я, не глядя, сунул кисть на прежнее место, продолжил работу
и, скорее всего, забыл бы про этот житейский момент, но только эта ярко-рыжая кисточка побила все рекорды долгожительства.

Казалось бы – вот оно, решение! Увы, стоимость хны такая высокая, что кисточки получатся неоправданно дорогие. Как увеличить ёмкость синтетической кисти, мне было совершенно непонятно, но я высказал своё пожелание директору фабрики.
К своему удивлению, ровно через неделю в партии новых «подопытных» кистей я получил два совершенно неожиданных «сюрприза». Обе кисточки даже на вид были явно синтетические. Одна ярко-белая, другая из обычной рыжей синтетики, но обе они имели ёмкость краски, превосходящую ёмкость кистей из натурального волоса. Я не мог поверить себе, но факт
оставался фактом. Белая кисть немного, но превосходила по ёмкости кисть из натурального волоса, а рыжая кисть превосходила значительно!

Явно довольный своей продукцией и моей восторженной реакцией, директор фабрики Roubloff раскрыл мне секрет той и другой кисти.

Волос белой кисточки был продуктом новейших технологий. Он в сечении представлял звёздочку, что значительно увеличивало общую площадь волоса и, как следствие, ёмкость всей кисти. Вот, правда, цена такой кисти из-за дорогого импортного сырья опять получалась слишком высокой. Зато цена кисти из рыжей синтетики была обычная, и сырьё обычное. Необычной оказалась сама конструкция кисти (рис. 1), где длинный и короткий волос постепенно чередовались. У кисточки получился специфический подшёрсток. Короткие волоски позволяли получить между длинными волосками дополнительное пространство, заполняемое краской. Внешне это была совершенно обычная кисть, но красочная ёмкость такой кисти намного превосходила ёмкость любой другой кисти вне зависимости от состава волоса. Более того, эта же конструкция позволяла обеспечить собираемость волоса в точку лучше, чем у кисти из натуральной белки! Очень важное качество, особенно для акварельных кистей.

Простое и изящное решение сложной проблемы позволило совместить в одной кисти и прочность, и красочную ёмкость, и пластичность, и управляемость, и сочность мазка… Конечно, изготовить такую кисть сложнее, но цена кисти существенно не увеличилась. Это была настоящая победа – но не конец истории, продолжение которой, что удивительно, я не знал.

Фабрика Roubloff конструкцию кисти запатентовала и перед выпуском в массовое производство ещё немного улучшила. Теперь она выпускает такие кисти из смесового волоса, где синтетика идёт на основной волос, а натуральное сырьё – на короткий (рис. 2). Конструкция кисти практически исключает контакт «подшёрстка» с изобразительной поверхностью, поэтому износостойкость кисти определяется качеством синтетики, то есть она очень высокая. Наличие в кисти натурального волоса ещё больше (хотя куда уж больше?!) увеличивает красочную ёмкость. Получилась долгожданная «золотая середина», которую сразу почувствовали художники. На вид красивая, но вполне обычная смесовая кисть: рыжая синтетика вперемешку с тёмной натуральной добавкой. Пока в работе не попробуешь, никогда не догадаешься, какой конструктивный сюрприз тебя ожидает. Вот я и не догадывался.

Следуя так и не изжитому стереотипу, я выбирал себе для работы натуральные кисти и с удивлением отмечал, что и студенты, и коллеги с необъяснимой для меня настойчивостью всё чаще выбирают смесовую новинку. А тут ещё и Александр Стасюк (рис. 3), заслуженный художник России, профессор, заведующий кафедрой проектирования интерьера МГХПА им. С.Г. Строганова, член Союза художников России, мастер акварели, мнению которого я абсолютно доверяю, сказал, что такая кисть ему нравится больше.
– Да чем же она тебе так нравится?! – спрашиваю.
– Даже не знаю, чем, – отвечает.
– Ну, вот нравится, и всё тут!
Смесовые кисти я ещё раньше в работе пробовал и для себя отверг, но Александр, в моём понимании, ошибаться в качестве инструмента не мог. Нет бы мне опробовать кисть в работе, но я приступил с расспросами к директору фабрики Roubloff. А это, скажу я вам, мой извечный оппонент, спорщик, генератор идей, просто хороший человек и директор фабрики Roubloff по совместительству.
– Что Вы, – говорю, – кисти эти мёдом, что ли, мажете? Чего их все выбирают?
– Так ведь ты же сам их нахваливал, а теперь удивляешься.
– Как это нахваливал, когда?!
– Да ведь это же та самая кисть! Неужели не узнал?
А я и впрямь не узнал. Как тут узнаешь?
– Вы бы хоть маркировку какую особую поставили, – говорю, – а то не понятно.
– А Вы, Сергей Юрьевич, если бы поработали новой кистью, то и без маркировки всё сами поняли.
Мне и возразить нечего. Вот тебе и эксперт! Даже неловко. Нелегко в стереотипах признаваться, а приходится. Тут я слышу:
– Вообще-то про новую кисть и правда мало кто знает. Может, напишете и про кисть, и про патент?
– Напишу, – пообещал я.
Вот, написал. Но маркировочка всё равно нужна!

P.S. Вопрос о том, какая же кисточка лучше: синтетическая или натуральная – так и остался открытым. Ведь сколько художников, столько и мнений. Каждый выбирает инструмент под себя, и это правильно. Но, может, для того, чтобы находить новое в привычных вещах, чтобы улучшать то, что, казалось бы, улучшить уже невозможно – стоит задавать себе вопросы, на которые нет и не может быть ответа?







Комментарии:

Ничего не найдено.

Ваш комментарий: